Православная иконопись

Наши иконы

Библиотека православной литературы

Православная литература

Иконы на заказ, заказать икону

Православие в Интернет

 

Ксюша Афонина не хочет умирать - помогите ребенку выжить

 

 

Белое движение

Формирование вооруженных сил антибольшевистских белогвардейских правительств началось сразу же после Октябрьского переворота. В 1917-1918 гг., в зависимости от места формирования, наличия добровольческого и призывного контингента, оружия и боевой техники, органов военного управления вначале создавались подразделения, затем части и соединения, которые в последующем сводились в армии. В ряде случаев сразу образовывались армейские объединения с присущими регулярным войскам характерными чертами. С конца 1918 - начала 1919 гг. стали создаваться вооруженные силы как вооруженная организация различных государственных образований. Этому во многом способствовало наличие многочисленных и хорошо обученных казачьих войск. Всего к октябрю 1917 г. их насчитывалось 11с населением до 4,55 млн. человек:

·  в Кубанском —1,4 млн.,

·  в Оренбургском — 553 тыс.,

·  в Забайкальском — 260 тыс.,

·  в Терском —251 тыс.,

·  в Уральском — 235 тыс.,

·  в Сибирском — 164 тыс.,

·  в Семиречинском — 59 тыс.,

·  в Амурском — 50 тыс.,

·  в Уссурийском — 44 тыс.,

·  в Астраханском — 37 тыс. человек.

Летом 1918 г. на севере России капитан 2 ранга Г.Е.Чаплин создал подпольную организацию, которая к августу насчитывала до 500 человек. Члены Верховного управления Северной области назначили его «командующим всеми морскими и сухопутными вооруженными силами Верховного управления Северной области». Они включали 5 рот, эскадрон и артиллерийскую батарею, сформированные на добровольческой основе, так как из-за отсутствия военно-призывного аппарата и отрицательного отношения сельского населения надежды на успешное проведение мобилизации не было.

На совещании у командующего союзными войсками на севере России британского генерал-майора Ф.К.Пуля было решено формировать чисто русские части и Славянско-Британский союзнический легион из русских добровольцев и британских офицеров. Одновременно из военнопленных красноармейцев создавалась Дайеровская рота, развернутая затем в одноименный полк. Представители французского командования начали организацию трех рот французского Иностранного легиона. Кроме того, Великобритания снабжала белые войска обмундированием, вооружением и боеприпасами.

В августе 1918 г. началась организация штабов и формирование пехотных, кавалерийских, артиллерийских и инженерных частей. В связи с тем, что принцип «добровольческого набора на договорных началах» себя не оправдал, Верховное управление (с середины сентября — Временное правительство) Северной области приняло ряд новых актов, согласно которым вводилась всеобщая воинская повинность, объявлялся призыв всех офицеров в возрасте до 35 лет и военнообязанных 5 возрастов. Планировалось сформировать вооруженные силы численностью до 15 тысяч человек.

В середине сентября генерал-губернатором и командующим русскими войсками в Северной области был назначен полковник Б.А.Дуров. Всего за три месяца после объявления мобилизации в архангелогородских казармах было собрано около 4 тысяч человек. Однако части из насильно мобилизованных не отличались надежностью. Так, 3 декабря в 1-м Архангелогородском полку вспыхнул бунт, который был жестоко подавлен.

В Мурманском крае мобилизация также проходила с трудом и к середине ноября генерал-майору Н.И.Звягинцеву удалось сформировать только около двух рот. С целью упорядочения формирования русских воинских частей Временное правительство Северной области назначило временно исполняющим должность генерал-губернатора и командующего войсками генерал-майора В.В.Марушевского. Он сумел провести перерегистрацию всех русских офицеров (около 2 тысяч), наладить работу военно-судебного ведомства, организовать переиздание уставов. Одновременно в Тарасовком и Пинежском районах, в долине р. Онеги, под Шенкурском и в других местах стали формироваться из местных крестьян белые партизанские отряды — всего более 1 тысячи человек. Кроме того, в Холмогорах, Шенкурске и Онеге формировался Французский иностранный легион, основную массу которого составляли русские добровольцы.

В январе 1919 г. белые части на севере России насчитывали 9,4 тыс. штыков и сабель. Тогда же генерал-губернатором Северной области стал генерал-лейтенант Е.К.Миллер, а Марушевский остался командующим русскими войсками области с правами командующего армией.

Войска па севере испытывали крайнюю нужду в офицерах. Летом 1919 г. удалось набрать за рубежом и на юге России всего около 600 офицеров и чиновников. В. июле численность русских войск в Северной области достигла 25 тысяч человек (из них 14 тысяч бывшие красноармейцы). В марте сформированные пехотные полки были переименованы в 1-й, 2-й и 3-й Северные стрелковые полки, а в конце апреля — начале мая были созданы 4, 5, 6, 7, 8-й Северные стрелковые полки. В мае — августе из этих полков были организованы 1, 2, 3, 4, 5, и 6-я Северные стрелковые бригады. В Архангельске с конца июня начало создаваться Национальное ополчение Северной области. Для подготовки офицеров были организованы британские и русские военные школы. На севере имелись Славяно-Британский авиационный корпус, флотилия Ледовитого океана, дивизион истребителей в Белом море, Северо-Двинская и Печорская речные флотилии и бронепоезда «Адмирал Колчак» и «Адмирал Непенин».

Летом 1919 г. боеспособность войск Северной области стала резко ухудшаться. В июле в 5-м Северном стрелковом полку «З тысячи пехотинцев и 1 тысяча военнослужащих других родов войск с четырьмя 75-мм орудиями перешли на сторону большевиков». Впоследствии участились случаи дезертирства, убийства офицеров и союзных солдат, неповиновения приказам. Генерал Э.Айронсайд, командующий войсками союзников на севере России, телеграфировал в Военное министерство Великобритании: «Состояние русских войск таково, что все мои усилия по укреплению русской национальной армии обречены на неудачу. Необходимо теперь же эвакуироваться как можно скорее, если только численность британских сил здесь не будет увеличена». В конце сентября последний транспорт союзников ушел из Архангельска.

Ввиду значительной убыли в личном составе из-за падения дисциплины в войсках, Временное правительство Северной области 25 августа 1919 г. объявило призыв еще 5 возрастов. К 1 февраля 1920 г. в войсках Северной области насчитывалось 1492 офицера, 39 822 строевых и 13 456 нестроевых нижних чинов — всего более 54,7 тыс. человек при 161 орудии и 1,6 тыс. пулеметах, в национальном ополчении — до 10 тыс. человек. В том же месяце, после падения Архангельска, белая армия на севере России прекратила свое существование. Ее части не отличались высокой боеспособностью, несмотря на достаточное количество вооружения и боеприпасов. Присутствие на Севере значительного иностранного контингента дало возможность белым создать свои вооруженные силы. Слабость их в военном отношении была предопределена как наличием в составе подавляющего большинства насильно мобилизованных и бывших военнопленных красноармейцев, так и нехваткой опытного офицерского состава.

Зарождение первых белогвардейских частей здесь началось осенью 1918 г. при определенной материально-технической и финансовой помощи германских интервентов. В октябре на добровольческой основе был сформирован Отдельный Псковский добровольческий корпус Северной армии под командованием генерал-майора А.Е.Вандама. В его состав вошли 1-я стрелковая добровольческая дивизия (3 стрелковых добровольческих полка и две легких полевые батареи), партизанские отряды и Чудская флотилия, общей численностью 3,5 тыс. человек. После поражения под Псковом в конце ноября 1918 г. остатки корпуса отступили на эстонскую территорию и перешли под начало главнокомандующего вооруженными и сухопутными силами Эстонии генерал-майора Й.Лайдонера. Тогда же корпус был Переименован в Отдельный корпус Северной армии под командованием полковника фон Нефа, которого в конце декабря сменил полковник К.К.Дзерожинский.

К концу февраля 1919 г. корпус состоял из двух стрелковых бригад и подчинялся во всех отношениях эстонскому командованию. В июне бригады были развернуты в 1-ю и 2-ю стрелковые дивизии, а в командование корпусом вступил генерал-майор А.П.Родзянко. Сам корпус, выведенный из подчинения эстонского командования, 19 июня был переименован и Северную армию.

Начальник 2-й стрелковой дивизии генерал-майор Ярославцев характеризовал состояние армии в период первого ее наступления на Петроград следующим образом: «В чисто военном отношении Родзянко поражал всех своей неутомимостью и энергией. Но в разгар майской операции технически положение создалось очень трудное для руководителя армии, и одной энергии было недостаточно. Сильно изменился дух и характер основной солдатской массы. Вначале большинство солдат были настоящие добровольцы, отдающие себе отчет, зачем, во имя чего идут. Много гимназистов, реалистов, студентов и т.п. Грабежей не было. Тыл был ничтожный. Штаб корпуса с интендантством и другими учреждениями не превышал 400 человек при 5500 человек всего состава корпуса. Вся эта картина быстро меняется с открытием майских наступательных операции. Удачное наступление, вернее — налет, и части сильно пухнут, принимая в себя красноармейцев. Беспрерывные бои и маневры не дают возможности сплотить части, производить обучение, разобраться в поступающем людском материале. В результате начинается распущенность, грабежи, неисполнение боевых приказов и т.п. В тылу, правда, появляются офицеры и чиновники из Финляндии, Англии и других стран, но видя увеличение армии и необходимость увеличивать штабы и хозяйственные учреждения, стараются устраиваться в тылу на хороших должностях и всеми силами упираются при попытке отправить их на фронт. Отчасти этому способствует начальник тыла генерал Крузенштиерн, который охотно забирает к себе всех являющихся офицеров и чиновников. На фронте большие потери, остро чувствуется недостаток опытных офицеров, а взять их негде. Начинается вражда с тылом...

...Ввиду увеличения состава армии и района .действий, пришлось сформировать несколько новых частей и штабов. Генерал Родзянко это и стал делать, но пересолил и создал много лишних частей, чтобы упрочить свое положение и удовлетворить многих жаждущих высших должностей, особенно своих друзей и конкурентов на власть. Были созданы лишние инстанции — корпуса. Вместо пяти пехотных' дивизий и одной бригады, принимая во внимание их численность, можно было иметь всего три дивизии, и вместо восьми штабов — три. Совершенно не нужны были отдельные управления тыла армии, инженерных частей, железнодорожных. Морской отдел, при отсутствии флота, был слишком велик. Многие «умные» офицеры, поднажившись в строевых частях, решали, что для них довольно, и уходили под разными предлогами в тыл, устраиваясь там свободно, по своему желанию. На протесты их строевьх начальников внимания не обращалось».

Со стороны стран Антанты армии оказывалась определенная военная помощь. Так, в августе-октябре 1919 г. Великобритания предоставила ей 30 тыс. винтовок, 20 млн. патронов, 32 орудия, 59 тыс. снарядов, 4 танка, 6 самолетов и обмундирования на 40 тыс человек.

В июне указом Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака Главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооруженными силами, действующими против большевиков на Северо-Западном фронте был назначен генерал от инфантерии Н.Н. Юденич (позднее он стал именоваться Главнокомандующим войсками Северо-Западного фронта и Военным министром). Генерал Родзянко остался командующим Северо-Западной армией.

В июле Северная армия «в отличие от армии, оперирующей на Архангельском и Мурманском направлениях и в виду выраженного желания английского командования в г. Ревеле» была переименована в Северо-Западную армию. В ее состав вошли 1-й и 2-й стрелковые корпуса, 1-я стрелковая дивизия, технические, запасные, артиллерийские и броневые части и подразделения. Всего в армии насчитывалось 17,8 тыс. штыков, 700 сабель, 57 орудий, 500 пулеметов, 4 бронепоезда, 2 бронеавтомобиля и 6 танков. С октября корпуса стали именоваться армейскими, а дивизии и полки — пехотными. В конце ноября 1919 г. Северо-Западную армию возглавил генерал-лейтенант П.В.Глазенап, в январе 1920 г. — генерал-лейтенант Пален, а чуть позднее генерал от инфантерии Н.Н. Юденич подписал приказ о ее ликвидации.

В конце 1918 г., после известий о революции, в Риге из офицеров бывших российских и германских армий начали формироваться с согласия и при поддержке германского командования три особых отдельных стрелковых батальона — русский, латвийский и прибалтийский. В январе 1919 г. в Либаве из русских офицеров и добровольцев был сформирован Либавский добровольческий стрелковый отряд под командованием ротмистра светлейшего князя А.П. Ливена. В июне он был переименован в Добровольческий корпус светлейшего князя Ливена. В его состав вошли Либавский добровольческий стрелковый отряд А.П.Ливена и отряд имени графа Келлера под командованием полковника П.Р.Бермондт-Аватова, пулеметная и инженерная роты, гаубичная батарея, броневой, авиационный и комендантский взводы.

В июле 1919 г. роты были развернуты в 3 стрелковых батальона (1,5 тыс. штыков), сформированы стрелковый дивизион, эскадрон, 4-орудийная полевая и гаубичная батареи, броневой взвод, авиационный отряд, кадр железнодорожного батальона и бригада по эксплуатации железных дорог — всего до 3,5 тысяч человек. Был также создан отряд под командованием полковника Вырголича (не более 1,5 тыс. человек). Все три отряда были объединены в Западный Добровольческий корпус Северной (Северо-Западной) армии. В июле полковники Бермондт-Авалов и Вырголич отказались выполнить приказ об отправке на нарвский фронт и их отряды вышли из состава корпуса. Части Ливена в конце июля вошли в состав Северо-западной армии и были реорганизованы в 5-ю стрелковую (Ливенскую) дивизию 1-го корпуса генерал-лейтенанта графа Палена, насчитывавшую около 2 тыс. штыков, 4 тяжелых и 6 легких орудий, 2 бронеавтомобиля и 7 самолетов.

Части полковника П.Р.Бермондт-Авалова стали формироваться на добровольческой основе в начале 1919 г. в Германии из бывших русских военнопленных. Их основу составила Зальцведельская отдельная конно-пулеметная команда. В мае они именовались Отдельным добровольческим партизанским отрядом имени генерала графа Келлера, в июне — Партизанским отрядом имен» генерала от кавалерии графа Келлера, затем просто отрядом того же имени, а в июле были переименованы в Западный Добровольческий имени графа Келлера корпус. К 20 июля общая численность войск Бермондт-Авалова составляла 12 тыс. человек, включая германские роты Железной дивизии майора Бишофа. Корпус состоял из штаба и частей, ему приданных, управления Пластунской дивизии, 1-го Пластунского полка (3 батальона), 1-х батальонов 2-го и 3го Пластунских полков, стрелкового (запасного) батальона, кадра 1-го Конного полка, 2 дивизионов 1-го артиллерийского полка, формировавшихся 1-го тяжелого артиллерийского дивизиона, броневых и инженерных частей, авиационного отряда.

5 сентября 1919 г. все белые войска на территории Прибалтики были объединены в Западную Добровольческую армию под командованием Бермондт-Авалова, вошедшую в состав Северо-Западного фронта генерала Н.Н.Юденича. Эта армия включала 1-й и 2-й Западные добровольческие корпуса, Железную дивизию, Германский легион, корпус полковника Дибича и другие части, общей численностью до 45 тыс. человек при 100 орудиях, 600 пулеметах, 50 минометах, 120 самолетах, 3 бронепоездах и 10 бронеавтомобилях, с учетом тыловых учреждений и команд — 51-52 тыс. человек, в том числе около 40 тыс. человек германских добровольцев.

9 октября Бермондт-Авалов образовал Западное Центральное правительство и в тот же день приказом Н.Н.Юденича войска Западной Добровольческой армии были исключены из состава Северо-западного фронта. В ноябре 1919г. после перехода в наступление войск Латвийской Республики Западная Добровольческая армия через Литву отступила в Восточную Пруссию, где была интернирована. 2 декабря она была упразднена и ее части стали именоваться Войсковой группой генерал-майора князя Авалова, переименованной позднее в Русский отряд на территории Германии. К июню 1920 г. он насчитывал не более 5 тыс. человек. Отряд полковника Вырголича с 28 июня подчинялся командиру Западного Добровольческого корпуса имени графа Келлера, а 5 августа был развернут во 2-й Западный Добровольческий корпус. Он включал 1-й Стрелковый полк, артиллерийский дивизион, конный полк и технические часта — общей численностью до 5 тыс. человек.

В конце 1918 г. в Риге из немцев — уроженцев Прибалтики и бывших солдат и офицеров германской армии был создан Балтийский ландесвер, который в январе 1919 г. был переформирован и включал 1-й ударный Мантейфеля, 2-й фон Йена и 3-й Мальмеде отряды, 1-й Гана, 2-й Драхенфельса и 3-й Энгельгардта кавалерийские отряды, саперный отряд Штромберга, два русских и латвийский отряд. Для личного состава было характерно «озлобление, приводившее к беспощадному истреблению противника даже там, где по политическим мотивам эта система борьбы должна была считаться вредной, так как она, в свою очередь, озлобляла население». После поражения в июне 1919 г. в бою с частями Латвийской республики Балтийский ландесвер был реорганизован и переброшен в Латгалию. Германские подразделения и части, выделенные из его состава, в августе объединились в Германский легион под командованием капитана 2 ранга Зиверта, который в середине сентября вошел в состав Западной Добровольческой армии. Легион включал штаб, штабную роту, кавалерийский взвод, роту связи Вортера, баденский штурмовой батальон, пулеметную группу Дамма, полк «Балтика», отряды фон Вайкманна, фон Брандиса и Штевера, группы фон Йена и Медема, артиллерийские группы, 2-й авиационный дивизион и другие подразделения. Общая его численность достигала около 12 тыс. человек. В конце 1919 г. легион был распущен, а его остатки составили один из полков.

На юге России, в Новочеркасске, 2 (15) ноября 1917 г. началось создание «Алексеевской военной организации». Она формировалась генералом от инфантерии М.В.Алексеевым на добровольческой основе из бежавших на Дон от большевиков офицеров, юнкеров, студентов, кадетов и гимназистов старших классов. В январе 1918 г. она была переименована в Добровольческую армию под командованием генерала от инфантерии Л.Г.Корнилова. В ее состав входили: Сводно-Офицерский, Корниловский Ударный и Партизанский пеший казачий полки, Особый Юнкерский батальон, два конных отряда, 1-й кавалерийский и 1-й легкий добровольческий артиллерийский дивизион, всего около 3 тыс. штыков, 400 сабель и 8 орудий.

После соединения в конце марта с войсками Кубанского края генералмайора В.Л. Покровского армия была реорганизована в две отдельных пехотньк и Отдельную конную бригады (около б тыс. штыков и сабель, 16 орудий). 27 мая (10 июня) в станице Мачетинской к армии присоединилась 1-я Отдельная Русская бригада добровольцев полковника М.Г.Дроздовского (около 3 тыс. человек), переформированная в 3-ю дивизию. В июне в состав армии входили: 1-я (генерал-лейтенанта С.Л. Маркова), 2-я (генерал-майора А.А.Боровского) и 3-я (Дроздовского) диннзии (смешанного состава), 1-я конная дивизия генерала от кавалерии И.Г.Эрдели, 1-я Кубанская казачья бригада и пластунский батальон, всего около 9 тыс. штыков и сабель, 3 бронеавтомобиля и 24 орудия. Летом за счет поступления пополнений из добровольцев, кубанских казаков, мобилизованных и пленных красноармейцев был сформирован ряд новых частей и соединений и к сентябрю численность армии возросла до 35-40 тыс. штыков и сабель при 86 орудиях, 8 бронеавтомобилях, 5 бронепоездах и 6 самолетах.

В ноябре 1-я и 2-я дивизии были развернуты в 1-й (генерала Б. И. Казановича) и 2-й (Боровского, затем генерал-майора В.З.Май-Маевского) армейские корпуса, сформированы 3-й армейский (генерал-лейтенанта В.П.Ляхова) и 1-й конный (генерал-лейтенанта П.Н.Врангеля) корпуса, несколько отдельных бригад и дивизий, Черноморский флот. В декабре в составе армии были созданы Кавказская группа (25 тыс. человек, 75 орудий), Донецкий (2,5-3,5 тыс. человек, 13 орудий), Крымский (около 2 тыс. человек, 10 орудий) и Туапсинский (до 3 тыс. человек, 4 орудия) отряды. Все действующие войска насчитывали 32-34 тыс. человек и около 100 орудий, а в составе запасных, учебных, формирующихся частей, гарнизонов городов находилось 13-14 тыс. человек.

К началу 1919 г. состав Добровольческой армии увеличился и она включала 5 пехотных (две из них в стадии формирования) и 6 конных дивизий, две отдельные конные и 4 пластунские бригады, армейскую группу артиллерии, запасные и технические части, гарнизоны в городах и станицах. Всего в армии насчитывалось около 40 тыс. штыков и сабель при 193 орудиях, 621 пулемете, 8 бронеавтомобилях, 7 бронепоездах и 29 самолетах.

Все части и соединения были сведены в 6 корпусов: 1, 2 и 3-й армейские, Крымско-Азовский Добровольческий, 1-й конный (с февраля 1919 г. 1-й Кубанский) и 2-й Кубанский.

Формирование частей и соединений Добровольческой армии осуществлялось по следующему принципу. Инициативная группа из нескольких офицеров какой-либо части образовывала ячейку в том полку, где она проходила службу. С разрешения командира полка эта группа формировала роту, в состав которой включались в качестве солдат 15-20 пленных красноармейцев. Одновременно кто-либо из старших офицеров прежнего полка формировал в тылу канцелярию, хозяйственную часть и т.п. В результате через определенное время полк завершал свое формирование.

В составе Вооруженных сил на юге России имелись и офицерские части. В своих воспоминаниях генерал А.И.Деникин приводит текст анкеты, касавшейся пополнения частей офицерским составом: «Не будучи долго поддержаны другими, первые добровольцы вместе с тяжкими испытаниями, выпавшими на их долю, впитывали в себя презрение и ненависть ко всем тем, кто не шел рука об руку с ними...

В кубанских походах поэтому, как явление постоянное, имели место расстрелы офицеров, служивших ранее в Красной армии.

С развитием наступления к центру России изменились условия борьбы: обширность театра, рост наших сил, ослабление сопротивления противника, ослабление его жестокости в отношении добровольцев, необходимость пополнять редеющие офицерские ряды, — изменили отношение: расстрелы становятся редкими и распространяются лишь на офицеров-коммунистов.

Поступление в полки офицеров, ранее служивших в Красной армии, никакими особенными формальностями не сопровождалось. Офицеры, переходившие фронт, большею частью отправлялись в высшие штабы для дачи показаний. Таких офицеров было не так много. Главное пополнение шло в больших городах. Часть офицеров являлась добровольно и сразу, а часть — после объявленного призыва офицеров. Большинство и тех и других имели документы о том, что они в Красной армии не служили. Все они зачислялись в строй, преимущественно в офицерские роты, без всяких разбирательств, кроме тех редких случаев, когда о тех или иных поступали определенные сведения. Часть «запаздывающих» офицеров, главным образом высших чинов, проходила через особо учрежденные следственные комиссии (судные).

Отношение к офицерам, назначенным в офицерские роты, было довольно ровное. Многие из этих офицеров быстро выделялись из массы и назначались даже на командные должности, что в частях Дроздовской дивизии было явлением довольно частым. В Корниловской дивизии пленные направлялись в запасные батальоны, где офицеры отделялись от солдат. Пробыв там несколько месяцев, эти офицеры назначались в строй также в офицерские роты. Иногда, ввиду больших потерь, процент пленных в строю доходил до 60. Большая часть из них (до 70%) сражалась хорошо, 10% пользовались первыми же боями, чтобы перейти к большевикам и 20% составляли элемент, под разными предлогами уклонявшийся от боев. При формировании 2-го и 3-го Корниловских полков состав их состоял главным образом из пленных. Во 2-м полку был офицерский батальон в 700 штыков, который по своей доблести выделялся в боях и всегда составлял последний резерв командира полка.

В частях Дроздовской дивизии пленные офицеры большею частью также миловались, частично подвергаясь худшей участи — расстрелу.

Бывали случаи, что пленные офицеры перебегали обратно на сторону красных.

Что касается отношения к красному молодому офицерству, т.е. к командирам из красных курсантов, то они знали, что ожидает их, и боялись попасться в плен, предпочитая ожесточенную борьбу до последнего патрона или самоубийство. Взятых в плен нередко по просьбе самих же красноармейцев расстреливали.

В январе 1919 г. Добровольческая армия была переименована в Кавказскую Добровольческую армию под командованием генерал-лейтенанта барона П.Н.Врангеля. В ее состав вошли: 1-й армейский и 1-й конный корпуса, 1-я конная и 3-я Кубанская казачьи дивизии, 3-я Кубанская пластунская отдельная бригада и другие части. В связи с общей реорганизацией и развертыванием новых соединений Вооруженных сил на юге России Кавказская Добровольческая армия была в мае вновь переименована в Добровольческую армию (в отличие от Кавказской армии), командующим ее стал генерал-лейтенант В.З.Май-Маевский. К середине июня Добровольческая армия включала: штаб, 1-й армейский (1-я, 3-я и 7-я пехотные дивизии, 9 бронепоездов, 2 авиаотряда) и 3-й конный (1-я Кавказская и 1-я Терская казачьи дивизии) корпуса, 2-ю Кубанскую пластунскую отдельную бригаду, отряд генерал-майора Виноградова и гарнизон г. Таганрога. Всего армия насчитывала 20 тыс. штыков, 5,5 тыс. сабель, 97 орудий, 506 пулеметов, 17 бронепоездов, 3 бронеавтомобиля, 6 танков и 8 самолетов.

Впоследствии состав армии менялся, а ее численность за счет мобилизации военноообязанных и пленных красноармейцев незначительно возросла. К концу июля 1919 г. Добровольческая армия включала 1-й армейский корпус (1-я и 3-я пехотные дивизии), группы генерал-лейтенанта Н.Э.Бредова (7-я пехотная дивизия) и генерал-лейтенанта М.Н.Промтова (1-я Кавказская казачья и 5-я пехотная дивизии, 2-я Терская пластунская отдельная бригада), армейский резерв (1-я Терская казачья дивизия, 5-й кавалерийский корпус, 2-я Кубанская пластунская отдельная брига да), части Таганрогского гарнизона и штаба армии, насчитывавшие в общей сложности 33 тыс. штыков, 6,5 тыс. сабель, 156 орудий, 782 пулемета, 14 бронепоездов, 9 бронеавтомобилей и 12 самолетов. Характеризуя ВСЮР летом 1919 г., А.И.Деникин отмечал: «Состав добровольческих армий становился все более пестрым. Ряд эвакуации, вызванных петлюровскими и советскими успехами (Украина), и занятие нами новых территорий (Крым, Одесса, Терек) дали приток офицерских пополнений. Многие шли по убеждению, но еще больше — по принуждению.

Они вливались в коренные добровольческие части или шли на формирование новых дивизии. Коренные части ревниво относились к своему первородству и несколько пренебрежительно к последующим формированиям. Это было нескромно, но имело основания: редко какие новые части могли соперничать в доблести с ними. Это обстоятельство побудило меня развернуть впоследствии, к лету 1919 г., четыре именных полка в трехполковые дивизии».

К октябрю 1919г. численность Добрармии из-за больших потерь и в результате переброски части войск на другие участки фронта сократилась до 20,5 тыс. человек. В декабре она была сведена в Добровольческий (с января 1920 г. Отдельный Добровольческий) корпус численностью 10 тыс. человек.

Донская армия начала создаваться в апреле 1918 г. в период обострения классовой борьбы и расширения германской интервенции до границ Донской области из антибольшевистски настроенных казаков. Командующим ее был назначен в апреле генерал-майор К.С.Поляков, начальником штаба — полковник С.В.Денисов. К концу апреля на добровольческой основе были сформированы 7 пеших и 2 конных полка, пластунский батальон (до 6 тыс. человек, 30 пулеметов, 6 орудий). Все полки имели станичную организацию. В состав армии входили: Южная полковника С.В.Денисова, Северная (бывший Степной отряд генерал-майора П.Х.Попова) войскового старшины Э.Ф. Семилетова (затем полковника А.П.Фицхелаурова) и Задонская полковника И.Ф.Быкадорова группы под общим командованием Попова (всего до 10 тыс. человек).

12 мая 1918г. Круг спасения Дона постановил создать на Дону постоянную армию по «дофевральскому» (1917 г.) образцу и объявил мобилизацию 5 призывных возрастов. Войсковым атаманом был избран П.Н. Краснов и Войско Донское переименовано во Всевеликое Войско Донское. Командующим Донской армией стал генерал-майор С.В. Денисов. Войсковой круг и генерал Краснов в борьбе с большевиками ориентировались на поддержку германских войск. Поэтому в конце мая в станице Манычская на встрече с генералом Деникиным, настроенным проантантовски, генерал Краснов отказался признать его верховное командование над Донской армией. В ходе встречи не удалось достичь соглашения о ее вхождении в состав Добровольческой армии и о совместных действиях против большевиков.

В своих воспоминаниях П.Н.Краснов указывал, что «за первые полтора месяца (т.е. в мае-июне 1918 г. — Авт.) немцы передали Дону, кубанцам и Добровольческой армии 11.651 трехлинейную винтовку, 46 орудий, 88 пулеметов, 109.104 артиллерийских снарядов и 11.594.721 ружейный патрон. Треть артиллерийских снарядов и одна четверть патронов были уступлены Доном Добровольческой армии». Германское командование оказывало помощь в формировании Южной армии и Астраханского корпуса. В июне все отдельные отряды были сведены в 6 групп под командованием полковника З.А.Алферова, генерал-майора К.К. Мамонтова, полковника Быкадорова, полковника Киреева, генерал-майоров Фицхелаурова и Семенова. Одновременно в Донскую армию призвали военнообязанных 25 возрастов и ее численность возросла до 27 тыс. человек пехоты и 30 тыс. кавалерии при 175 орудиях, 610 пулеметах, 4 бронепоездах и 20 самолетах. В ходе новой реорганизации были сформированы корпуса, действовавшие на четырех фронтах: Северном. Северо-Восточном, Восточном и Юго-Восточном.

Наряду с действующей Донской армией формировалась постоянная («Молодая») армия из казаков 19-20-летнего возраста. К началу сентября 1918 г. она включала две пешие бригады, три конные дивизии, легкую, конную и тяжелую артиллерию (7 батарей), саперный батальон и технические части. К концу года была создана Донская бронепоездная железнодорожная бригада (командир генерал-майор Н.И.Кондырин) из 4 дивизионов по три бронепоезда в каждом. Кроме того имелось 3 отдельных бронепоезда и 10 батарей морской тяжелой артиллерии. В состав Донской речной флотилии входили 9 судов (2 яхты, 5 речных и 2 морских парохода), имевших на вооружении орудия и пулеметы.

Во второй половине 1918 г. началось формирование монархической прогермански настроенной Южной армии из Воронежского (до 2 тыс. человек), Саратовского (не более бригады) и Астраханского (около 3 тыс. человек пехоты и 1 тыс. конницы) корпусов. Однако вследствие определенного социального состава, эвакуации германских войск и отрицательного отношения к этим формированиям генерала Деникина в начале 1919 г. Южная армия была включена в состав Добровольческой армии.

Поражение Донской армии под Царицыном и уход германских войск с Дона вынудили генерала Краснова под нажимом представителей Антанты подписать 8 января 1919 г. на станции Торговая соглашение с генералом Деникиным. В соответствие с ним Донская армия в оперативном отношении была подчинена главнокомандующему Вооруженными силами на юге России (ВСЮР) генералу Деникину К этому времени Донская армия насчитывала 76,5 тыс. человек, число которых непрерывно сокращалось из-за эпидемии сыпного тифа и дезертирства. В январе - феврале 1919 г. в результате понесенного армией поражения основная масса казаков разошлась по домам, сдалась в плен или перешла на сторону Красной армии. В мае того же года Донская армия была реорганизована. Все три армии были сведены в 1, 2 и 3-й Донские отдельные корпуса, а летом создан 4-й корпус.

После соединения с Донской армией в июне 1919 г. восставших против большевиков казаков верхнедонских станиц армия насчитывала до 40 тыс. человек. Технические части армии были представлены 56 легкими и конными артиллерийскими батареями, Донской бронепоездной железнодорожной бригадой (16 бронепоездов), бронеавтомобилями и самолетами.

К концу октября 1919 г. численность Донской армии составила 52,5 тыс. человек при 196 орудиях и 765 пулеметах. Однако в ожесточенных сражениях в октябре-ноябре того же года с войсками Красной армии она вновь понесла большие потери и в декабре в ней оставалось лишь 22 тыс. человек. После отхода на Дон численность армии в феврале 1920 г. возросла до 39 тыс. человек при 243 орудиях и 856 пулеметах. Однако в боях на Северном Кавказе она вновь потерпела поражение и ее остатки в марте частично эвакуировались в Крым.

В мае 1919 г. под командованием генерал-лейтенанта П.П.Врангеля была сформировав Кавказская армия. Она включала: 1-й (1-я Кубанская и 2-я Терская казачьи, 6-я пехотная дивизии, несколько бронепоездов) и 2-й Кубанские (2-я и 3-я Кубанские казачьи дивизии, 3-я Кубанская пластунская отдельная бригада), Сводный (Сводно-Горская кошгая дивизия и Донская Атаманская бригада) и 4-й конный (1-я Конная дивизия, Кубанская пластунская отдельная бригада, Астраханская конная дивизия) корпуса. В оперативном подчинении генерала П.Н.Врангеля находился Сводно-Донской корпус (4-я и 13-я Донские дивизии). Перед штурмом Царицына 29 июня армия была усилена также 7-ой пехотной дивизией. 6 бронепоездами и 6 танками. В октябре 2-й Кубанский корпус был переброшен сперва в Донскую, а затем в Добровольческую армии (возвращен в январе 1920 г. уже в Кубанскую армию).

В октябре 1919г. Кавказская армия насчитывала 14,5 тыс. человек. Ее 1-й Кубанский корпус включал Сводно-Гренадерскую дивизию с прикомандированным к ней Лейб-гусарским Павлоградским полком, 2-ю Кубанскую пластунскую отдельную бригаду, 1-ю Кубанскую казачью дивизию и 1-й отдельный тяжелый артиллерийский дивизион. В состав 4-го конного корпуса входили 3-я Кубанская пластунская отдельная бригада, 1-я Конная (с прикомандированным к ней 1-м Кубанским казачьим отдельным конным дивизионом), Сводно-Горская и Кабардинская конные дивизии. Кроме того, армия включала Нижневолжский (3-я Кубанская, с прикомандированным к ней 5-м Кавказским стрелковым полком, и Астраханская казачьи дивизии) и Заволжский (Кавказская стрелковая дивизия, без 5-го Кавказского стрелкового полка, но с прикомандированным к ней 3-м Астраханским казачьим полком и отрядом степных партизан) отряды.

Кроме этих армий во ВСЮР также входили: с 22 января 1919 г. войска Закаспийской области, с 23 января — Крымско-Азовская Добровольческая армия (с 3 июня — 3-й армейский корпус, с 12 сентября — войска Новороссийской области), с 23 января 1919 г. — войска Терско-Дагестанского края (с 4 августа 1919г. — войска Северного Кавказа), с августа — войска Киевской области, Черноморский флот, Каспийская военная и несколько речных флотилий.

Формирование новых частей и соединений ВСЮР находилось в ведении инспектора формирований штаба Главкома и санкционировалось непосредственно генералом А.И.Деникиным. «Не сомневаюсь, что в штабе Вооруженных сил юга России имелись проекты развертывания армии, — вспоминал генерал-майор Б.А.Штейфон, — однако эти проекты, претворяясь в жизнь, резко расходились с теми нормами, какие в таких случаях рекомендует военная наука и вековая практика. Продуманной, стройной системы в столь важном вопросе не было. Не было, по крайней мере, в практическом осуществлении. Части формировались не подлежащими органами, а по традициям еще Кубанского периода — самозарождались. В итоге судьба развития армии зависела от инициативы отдельных лиц, их энергии, способностей, а зачастую и случая. Один начальник был ярко добровольческого облика, другой исповедовал регулярство, третий — как Бог на душу положит. Каждый импровизировал по своему крайнему разумению, а крайнее разумение — понятие очень растяжимое...»

Управление сухопутными войсками армий ВСЮ? и флотом генерал А.И.Деникин осуществлял через свой штаб. Функции Военного министерства были возложены на Военное управление при Особом совещании. В ноябре 1919 г. генерал Деникин назначил себе двух помощников, один из которых являлся одновременно и начальником штаба ВСЮР. Главкому также подчинялись командующие группами войск, главноначальствующие областей и краев, командиры отдельных корпусов и командующие армиями, имевшие свои штабы и управления.

Развертывание Вооруженных сил на юге России в значительной степени зависело от помощи держав Антанты. Наиболее значительную военную и финансовую поддержку оказывала Великобритания. А.И.Деникин отмечал, что подвоз британского снабжения начался с февраля 1919 г., это позволило улучшить санитарную часть Добрармии, но обмундирование и снаряжение «хотя и поступало в размерах больших, но далеко неудовлетворивших потребности фронтов». С марта по сентябрь 1919 г. ВСЮР получили от англичан 558 орудий, 12 танков, 1.685.522 снаряда и 160 млн. ружейных патронов.

Однако размер поставок оружия и боевой техники не мог удовлетворить потребностей ВСЮР и они были вынуждены ориентироваться на собственные ресурсы. Например, к концу мая 1919 г. Вооруженные силы на юге России получили из Великобритании 6 батарей 18-фунтовых полевых орудий и две 45-дюймовых гаубицы, а в июле к уже имевшимся 12 танкам типа МК V и «Уиппет» добавились еще 74 аналогичных танка.

В октябре 1919 г. премьер-министр Великобритании У.Черчилль под влиянием успехов войск генерала Деникина сообщил о решении правительства ассигновать 14,5 млн. фунтов стерлингов на посылку вооружения. Всего в 1919 г. ВСЮР получили 198 тыс. винтовок, 6.177 пулеметов, 50 млн. патронов, 1.121 орудие, более 1,9 млн. снарядов, около 60 танков (типа МК V и «Медиум А») и 168 самолетов, 460 тыс. шинелей и 645 тыс. пар обуви.

После поражения ВСЮР зимой 1919-1920 гг., разуверившись в возможности победы над большевизмом белых армий под командованием А.И.Деникина, Великобритания отказалась помогать Русской армии генерала П.Н.Врангеля. 29 апреля 1920 г. начальник Британской военной миссии при штабе Главкома ВСЮР генерал Перси вручил Врангелю ноту лорда Кэрзона, в которой последний заявил, что если части ВСЮР перейдут в наступление на большевиков, то Великобритания откажет Врангелю в материальной помощи. Таким образом, в течение 1920 г. в Крым поступало лишь закупленное еще в 1919 г. вооружение и снаряжение.

Тем не менее, вклад Великобритании в поддержку Белого движения на юге России был весьма значительным. Как писал Л.Ф.Бичерахов в письме А.И.Деникину, англичане «оказывали союзным фронтам в борьбе с большевизмом помощь и отрядами, и вооружением, и снарядами, и деньгами. Передали оружия терцам на 20 млн. руб., уральцам—на 5 млн., Закаспию — 1 млн., Дагестану — 2 млн., Мугану — 20 млн. руб.»

Франция, в свою очередь, тоже оказывала помощь белым армиям на юге и востоке России. Так, Донская армия получила 5.500 винтовок, около 200 тыс. патронов, 47 пулеметов, 1000 верст телеграфного кабеля и другое снаряжение. Из США к 1 августа 1919 г. ВСЮР получили боеприпасы, обмундирование, достаточное для снаряжения 100-тысячной армии, в том числе 100 тыс. винтовок, более 3 млн. патронов, свыше 300 тыс. пар сапог. Благодаря материальной поддержке союзников численность боевого состава ВСЮР к концу июля возросла до 85 тыс. штыков и сабель при 600 орудиях, свыше 1.500 пулеметах, 34 бронепоездах, 19 самолетах, 1 крейсере, 5 эсминцах, 4 подводных лодках, 20 вооруженных пароходах.

По мере продвижения к Москве постепенно стал изменяться социально-классовый состав ВСЮР. На смену подготовленным и дисциплинированным добровольцам в войска поступало все большее число мобилизованных и военнопленных красноармейцев. В октябре численность ВСЮР достигла около 150 тыс. штыков и сабель (на фронте и в тылу). В конце 1919 - начале 1920 гг. ВСЮР потерпели несколько крупных поражений и расчлененные на две части, отступили на Северный Кавказ, в Крым и в район Одессы.

4 апреля 1920 г. генерал А.И.Деникин передал пост Главнокомандующего Вооруженными силами на юге России генерал-лейтенанту барону П.Н.Врангелю. Он провел реорганизацию остатков войск в Крыму, сведя их в 3 корпуса (Добровольческий, Крымский и Донской — по 2-3 дивизии каждый), Сводную кавалерийскую дивизию и Сводную Кубанскую казачью бригаду.

В конце апреля последовала новая реорганизация и были созданы:

1-й (Корниловская ударная, Пехотная генерала Маркова и Стрелковая генерала Дроздовского дивизии, Отдельная кавбригада) и 2-й (13-я и 34-я пехотные и 1-я кавалерийская дивизии) армейские корпуса. В мае конные части сводятся в 1-ю и 2-ю конные дивизии (вошли соответственно 1-й и 2-й армейские корпуса) и Сводный корпус (3-я конная и Кубанская казачья дивизии, Терско-Астраханская казачья и Туземная конная бригады).

По решению генерала Врангеля Вооруженные силы на юге России 11 мая 1920 г. были переименованы в Русскую армию. К началу июня она насчитывала 25 тыс. штыков и сабель. В июле состоялась очередная реорганизация армии. В состав 1-го армейского корпуса вошли Корниловская ударная, Марковская и 6-я пехотные, Дроздовская стрелковая дивизии, 2-й армейский корпус стал включать 13-ю и 34-ю пехотные дивизии и 2-ю Отдельную сводную конную бригаду, а Конный корпус — 1-ю и 2-ю конные дивизии. Группу войск особого назначения, предназначенную для десантных операций на Кубань, составили 1-я и 2-я Кубанские казачьи и Сводная дивизии, 1-я Отдельная Терско-Астраханская бригада. Кроме того, армия включала. Донской корпус.

В июле-августе Русская армия была пополнена кубанскими казаками, перевезенными с Кубани и чинами бывшей Отдельной Русской Добровольческой армии генерала-лейтенанта Н.Э.Бредова. Группа войск Н.Э. Бредова была переименована в Отдельную Русскую Добровольческую армию и в марте реорганизована. В ее состав вошли 2-й армейский корпус (5-я пехотная дивизия и Отдельная гвардейская бригада)., 4-я стрелковая и 4-я пехотная дивизии, отдельные казачья и кавалерийская бригады, а также артиллерийские и технические части общей численностью около 23 тыс. человек. Весной армия была интернирована поляками, однако летом, в соответствие с соглашением между генералом П.Н.Врангелем и польским командованием, перевезена через Румынию в Крым, где части ее (10 тыс. человек) были влиты в различные соединения Русской армии

В сентябре 1920 г. генерал П. Н.Врангель проводит новую реорганизацию, сформировав две армии. В состав 1-й армии вошли 1-й армейский, конный (1-я и 2-я кавалерийские и 1 я Кубанская казачьи дивизии) и Донской (1-я и 2-я Донские конные и 3-я Донская дивизии) корпуса, а 2-й армии — 2-й и 3-й (6-я и 7 я пехотные дивизии и Отдельная Терско-Астраханская казачья бригада) армейские корпуса. В сентябре боевой состав Русской армии не превышал 30-35 тыс. человек (не считая флота), в октябре — сократился до 25-27 тыс. человек.

После эвакуации из Крыма в ноябре 1920 г. за границу на 126 судах было вывезено более 145 тыс. человек (не считая судовых команд), из которых более половины являлись военнослужащими. По прибытии в Турцию в ноябре 1920 г., все армейские регулярные части были размещены в Галлиполи, донские и кубанские казачьи части на острове Лемнос. В 1921 г. Русская армия была переведена в Болгарию и Югославию, а в 1922 г. прекратила свое существование.

В октябре 1920 г. генерал П.Н.Врангель приказал своему представителю в Польше генерал-лейтенанту П.С.Махрову сформировать 3-ю Русскую армию. Ей предстояло совместно с польскими войсками вести боевые действия против Красной армии. В состав 3-й Русской армии под командованием генерал-лейтенанта Б.С.Перемыкина вошли 1-я и 2-я стрелковые и Сводная казачья дивизии. В ноябре-декабре 1920 г. она участвовала в боях против советских войск, а в январе 1921 г. была интернирована на польской территории.

В Сибири создание антибольшевистских вооруженных формирований началось в конце 1917 г. Их основу составили подпольные военные организации, возникшие в Иркутске, Томске и других городах. Воспользовавшись выступлением частей Отдельного Чехословацкого корпуса против большевиков, офицерские организации в ряде городов Сибири в конце мая - начале июня 1918 г. подняли восстания и где при помощи чехословаков, где и без таковой, начали формирование первых добровольческих частей будущей Сибирской армии.

Из рот и отрядов различной численности после объявленной мобилизации офицеров к 1 июня были сформированы Ново-Николаевский полк, одна рота, конный отряд и конвойная команда общей численностью около 800 человек. На следующий день был сформирован штаб Западносибирской отдельной армии (командующий полковник А.Н.Гришин-Алмазов). В первой половине июня численность войск начала быстро расти и достигла 4 тыс. человек при 17 пулеметах и 19 орудиях. Это позволило в середине июня образовать из войск Временного Сибирского правительства Средне-Сибирский под командованием подполковника А.Н.Пепеляева и Степной Сибирский полковника П.П.Иванова-Ринова корпуса, которые в августе были переименованы в 1-й Средне-Сибирский и 2-й Степной Сибирский армейские корпуса. Позднее был сформирован Уральский армейский корпус под командованием генерал-лейтенанта М.В.Ханжина (впоследствии 3-й Уральский корпус горных стрелков). К середине июля численность армии возросла до 23,4 тысяч человек при 145 пулеметах и 30 орудиях. 27 июня Западно-Сибирская отдельная армия была переименована в Сибирскую отдельную армию.

В августе был объявлен призыв новобранцев, который по территории Сибири от Байкала до Урала должен был дать армии около 200 тыс. человек пополнения и уже к 1 сентября боевой состав армии достиг 60,2 тыс. человек при 184 пулеметах и 70 орудиях. В сентябре была установлена связь с частями есаула Г.М.Семенова и начато формирование 4-го Восточно-Сибирского и 5-го Приамурского армейских корпусов. К 1 октября 1918 г. Сибирская отдельная армия насчитывала 10,7 тыс. офицеров, 59,9 тыс. вооруженных и 113,9 тыс. невооруженных солдат.

«Русские молодые части стояли в передовой линии, одновременно ведя бои и формируясь, — вспоминал генерал В.К.Сахаров, — работа, которую несли русские офицеры, была выше сил человеческих. Без правильного снабжения, не имея достаточных денежных средств, при отсутствии оборудованных казарм, обмундирования и обуви приходилось собирать людей, образовывать новые полки, учить, тренировать, подготавливать их к боевой работе и нести в то же время караульную службу в гарнизонах. Надо еще прибавить, что все это происходило в местности и среди населения, только что пережившего бурную революцию и еще не перебродившего; работа шла под непрекращающиеся вопли социалистической пропаганды».

В декабре была образована Ставка Верховного главнокомандующего адмирала А.В.Колчака (частично за счет штаба расформированной Сибирской отдельной армии). Ему непосредственно подчинялся штаб Верховного главнокомандующего, занимавшийся вопросами планирования операций, руководством военными действиями, подготовкой и использованием войск. Управление войсками осуществлялось через командующих и штабы армий и групп, а также командиров отдельных объединений. Осенью 1919 г. Ставка Верховного главнокомандующего, вследствие своей громоздкости, была упразднена, а управление войсковыми объединениями осуществлялось через штаб Главнокомандующего войсками Восточного фронта генерал-лейтенанта М.К.Дитерихса.

Генерал В.К.Сахаров, характеризуя строительство армий адмирала А. В. Колчака, писал: «Приходилось заново пересмотреть и пересоставить все штаты, многие законоположения, наладить совершенно расстроенный аппарат для подачи из Владивостока получаемого от союзников вооружения и боевых запасов.

Путь для работы лежал теперь такой: взять из старого все лучшее, освященное успехами русской армии, связанное с нею исторически, вытекавшее из естественных условий и особенностей русского народа; необходимо было в дополнение к этому ввести все, что требовалось самой жизнью и новыми условиями, вызванными войной. Ибо отрицать это новое, не принимать его во внимание, держаться слепо старых образцов было бы также безрассудно, как и другая крайность — полное отрицание своих исторических норм и старание приобрести что-то новое, ничем даже не напоминающее прежнего».

В соответствии с приказом адмирала Колчака от 24 декабря 1918 г. Екатеринбургская группа была развернута в Сибирскую армию нового формирования. В июне 1919 г. она включала Северную (1-й Средне-Сибирский и 5 и Сибирский армейские корпуса) и Южную (3-й Сибирский Степной и 4-й Сибирский армейские корпуса) группы, Свободно-Ударный корпус и приданные армии 8-й армейский Камский корпус и 1-ю кавалерийскую дивизию. Всего армия насчитывала 56,6 тыс. штыков, 3,9 тыс. сабель, 600 пулеметов, 164 орудия, 4 бронепоезда и 9 самолетов. 22 июня 1919г. Сибирская армия была разделена на 1-го и 2-ю Сибирские армии, которые вместе с 3-й (бывшей Западной) армией вошли в состав Восточного фронта.

В конце декабря 1918 г. из частей Уральского казачьего войска была образована Уральская отдельная армия. До ноября 1918 г. уральцы номинально подчинялись Верховному главнокомандующему всеми сухопутными и морскими вооруженными силами России генерал-лейтенанту В.Г.Болдыреву, затем в оперативном отношении — адмиралу А.В. Колчаку, а в июле 1919 г. — генералу А.И.Деникину. К этому времени армия включала 1-й Уральский (1, 2, 6-я и временно приданная 3-я Илецкая дивизии, 1-й Уральский пехотный, Николаевский, Семеновский и Царевский полки, партизанские пешие отряды, броневой и авиационный отряды), 2-й Илецкий (5-я Илецкая дивизия и отдельные части)" и 3-й Урало-Астраханский корпуса. Армия обеспечивалась оружием, боеприпасами и обмундированием путем поставок из Великобритании (через органы снабжения ВСЮР) и захвата трофеев. Осенью 1919 г. численность армии вследствие эпидемии тифа резко .уменьшилась. Так, в декабре в Уральском корпусе оставалось всего 230 солдат и офицеров. В начале 1920 г. остатки армии были взяты в плен войсками Красной армии в форте Александровском.

Оренбургское казачье войско первоначально подчинялось Комучу, затем — генералу В.Г.Болдыреву, а с ноября 1918 г. находилось в оперативном подчинении адмирала А.В.Колчака. В октябре 1918 г. в Оренбуржье была образована Юго-Западная армия, переименованная 28 декабря в Отдельную Оренбургскую армию под командованием генераллейтенанта А.И.Дутова. В состав армии входили 1-й (1-я и 2-я Оренбургские казачьи дивизии) и 2-й (4-я и 5-я Оренбургские казачьи дивизии) Оренбургские казачьи корпуса. 23 мая армия была реорганизована и переименована в Южную отдельную армию. В июне она включала войска бывшей Южной группы генерал-майора Г.А.Белова (4-й Оренбургский и 5-й Стерлитамакский армейские корпуса), 11-й Яицкий армейский и 1-й Оренбургский казачий корпуса. Всего в армии насчитывалось 15,2 тыс. штыков, 12 тыс. сабель, 7 тыс. человек невооруженных, 247 пулеметов и 27 орудий.

В сентябре 1919 г. армия вновь была переименована в Оренбургскую, а в октябре вместе с 3-й армией и Степной группой войск она вошла в состав Московской группы армий под командованием генерал-лейтенанта В.К.Сахарова. После поражения, понесенного в боях с красными в районе Орска и Актюбинска, остатки Оренбургской армии отступили в Семиречье, где вошли в Отдельную Семиреченскую армию. Она была образована в конце 1919 г. под командованием генерал-майора Б.В.Анненкова. Основной костяк Отдельной Семиречинской армии составил 2-й Отдельный Степной Сибирский корпус, в состав которого в июле 1919 г. входили: Партизанская дивизия атамана Анненкова, 5-я Сибирская стрелковая дивизия, Отдельные — Семиречинская казачья и Степная стрелковая бригады и Киргизская конная бригада. Весной 1920 г. армия генерала Анненкова была разбита, а ее остатки перешли китайскую границу, где были интернированы.

В Поволжье, Комитетом членов Всероссийского Учредительного Собрания (Комучем) 8 июня 1918 г. было официально объявлено о создании Народной армии. Первоначально она строилась на добровольческой основе, с 3-х месячным сроком службы. Всего удалось набрать немногим более 10 тыс. солдат. Поэтому Комуч 30 июня объявил мобилизацию мужчин 1897-1898 гг. рождения. Управляющий Военным ведомством Комуча Н.А.Галкин вспоминал, что «после неудачи добровольческого периода перешли к мобилизации молодого возраста, не зараженного большевизмом. Но набор проходил хорошо только в инородческих районах. Крестьяне в массе не поддержали Комитет членов Учредительного Собрания». В итоге к осени удалось довести состав армии до 30 тыс. человек.

В городах и населенных пунктах Поволжья, освобождаемых чехословаками и частями Народной армии Комуча от большевиков, сперва организовывались роты, которые затем сводились в батальоны. В конце июня 1918 г. они были развернуты в 8 пехотных полков, которые в июле переименованы в стрелковые полки. В июле отряд Генштаба подполковника В.О.Каппеля начал разворачиваться в Отдельную стрелковую бригаду (Стрелковая бригада особого назначения). Остальные части в середине августа вошли, в состав 3 стрелковых дивизий. Через полмесяца были сформированы еще 3 стрелковых дивизии, а численность кавалерийских полков увеличена до 5. В сентябре 1918 г. из остатков Северной группы Народной армии была создана Казанская стрелковая бригада (3,6 тыс. штыков и сабель).

Из-за политических трений, возникших между Комучем и Уфимской Директорией, не удалось надлежащим образом наладить материально-техническое снабжение Народной армии.

В начале 1919 г. войска армии были реорганизованы. Так, например, к маю стрелковые бригады были развернуты в 1-ю Самарскую, 3-ю Симбирскую и 13-ю Казанскую стрелковые дивизии, а кавалерия — в Волжскую кавалерийскую бригаду. Все они вошли в состав 1-го Волжского армейского корпуса, подчиненного командующему Западной Армии.

1 января 1919 г. из частей и соединений Камской и Самарской групп войск и 3-го Уральского корпуса горных стрелков была образована Западная армия. В июне она включала Уфимскую (2-й Уфимский армейский корпус — 4-я Уфимская генерала Корнилова, 8-я Камская адмирала Колчака и 12-я Уральская стрелковые и Сибирская казачьи бригады), Уральскую (6-я и 7-я Уральские горные стрелков и 11 -я Уральская стрелковая и Уфимская кавалерийская дивизии, 1-я Отдельная стрелковая бригада) и Волжскую (1-я Самарская, 3-я Симбирская и 13-я Казанская стрелковые дивизии, Волжская кавалерийская и Оренбургская казачья бригады) группы. Общая численность армии составила 23,6 тыс. штыков, 6,5 тыс. сабель, 1,7 тыс. невооруженных, 590 пулеметов и 134 орудия. В июле Западная армия реорганизуется в 3-го армию, остатки которой после поражения на реках Тобол и Ишим вошли в состав Московской группы армий. В начале 1920 г. - остатки 3-й армии, вышедшие в Забайкалье, были сведены в 3-й «каппелевский» корпус.

30 мая 1919 г. Главнокомандующий Вооруженными силами па юге России генерал-лейтенант А.И.Деникин признал адмирала А.В.Колчака Верховным Правителем и Верховном Главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооруженными силами России. Позднее, 25 июля адмирал Колчак издал приказ №153 с создании единой Русской армии.

Согласно «Ведомости штатного состава Российской армии по ее организационным СОСД1ШСПИЯМ к 1 июля 1919 г.», она должна была насчитывать 52,8 тыс. строевых офицеров и поенных чиновников и 1 млн. 231,1 тыс. строевых и нестроевых солдат. К концу 1919 г. предполагалось довести наличный состав войск до 75% штатного, т.е. 39,6 тыс. офицеров и 923,3 тыс. солдат (не считая авиа- и бронечастей). Фактически к 1 июля 1919 г. боевой состав частей действующей армии и военных округов не превышал 19,6 тыс. офицеров и чиновников, 416,6 тыс. строевых и нестроевых солдат и добровольцев. Непосредственно в Сибирской, Западной и Южной армиях находилось 94,5 тыс. штыков, 22,5 тыс. сабель, 8,8 тыс. невооруженных людей при 1,4 тыс. пулеметах, 325 орудиях, 3 бронеавтомобилях, около 10 бронепоездах и 15 самолетах.

Объезжая войска, находившиеся на фронте, генерал А.Будберг 22 августа 1919 г. характеризовал состояние армий: «Убедился, что сведения о гомерических размерах войсковых обозов не преувеличены; есть полки с обозом свыше тысячи повозок, и армейское начальство бессильно бороться с этим злом; можно по этой части отдавать любые распоряжения о сокращении, но никто их не исполнит.

Все обозные и тыловые должности переполнены сверх штата, что самым тяжким образом отражается на довольствии и снабжении строевого состава.

Все это результат деятельности 25- и 28-летних генералов, умеющих ходить в атаку с винтовкой в руке, но совершенно не умеющих управлять своими войсками, придавать им правильную организацию и не позволять им обращаться в сплошные обозы.

То, что увидел и узнал за эти три дня, вполне подтвердило те выводы, к которым пришел еще в Омске по отношению к невозможности для нас наступления. Нельзя наступать, не имея пехоты, ибо в так называемых дивизиях — по 400-700-900 штыков, а в полках — по 100-200 штыков; нельзя забывать, что надо занимать широкие фронты; а наши дивизии равны по численности батальонам. Нельзя наступать с растерянной артиллерией, почти без пулеметов и с остатками технических средств связи.

Сюда надо добавить совершенно расстроенный армейский тыл, не способный правильно довольствовать войска, даже при отходе их, на свои запасы; как же мы будем довольствовать при наступлении, когда вступим в район разрушенных железных дорог и истощенных и нами, и красными местных средств, т.е. попадем в такую обстановку, в которой правильная и налаженная работа тыла приобретает исключительно важное значение».

Снабжение армий А.В.Колчака осуществляли Великобритания, Франция и США. Британский генерал А.Нокс в письме адмиралу А.В. Колчаку в июне 1919 г. писал, что «примерно после середины декабря 1918 г. каждый винтовочный патрон был британского производства, привезен во Владивосток на британских кораблях и доставлен в Омск под британской охраной». Согласно докладу Британской военной миссии, с октября 1918 г. по октябрь 1919 г. на Дальний Восток прибыло 79 судов с 97 тыс. тонн грузов. Всего было поставлено 600 тыс. винтовок, 346 млн. патронов, 6.831 пулемет, 192 полевых орудия и обмундирования и снаряжения на 200,5 тыс. человек, в том числе 200 тыс. шинелей, 200 тыс. шапок, 200 тыс. телогреек, 400 тыс. фуражек, 400 тыс. пар обуви, 400 тыс. одеял и другое обмундирование и снаряжение. В отличие от Вооруженных сил на юге России армии адмирала Колчака получили в 5 раз меньше артиллерии и им практически не отправлялись самолеты и танки.

В конце июля - начале августа 1919 г. в Омске состоялась конференция с участием адмирала Колчака, верховного уполномоченного союзников при нем У.Эллиота, посла США в Японии Р.Морриса, французского комиссара во Владивостоке Мартеля, генералов Грэвса, Нокса, Жанена, Мацушимы. В ходе конференции была достигнута договоренность о снабжении оружием, боеприпасами и снаряжением белых армий тех областей России, которые по соглашению между ними входили в сферу интересов той или другой из стран Антанты и США. Одновременно было решено сделать представление правительствам США и Великобритании о выделении для армий адмирала Колчака 310 тыс. винтовок, 500 млн. патронов, 3 тыс. пулеметов «кольт», 40 тяжелых и 30 легких танков, 30 броневиков, 420 грузовых и 10 легковых автомобилей, 60 самолетов. Помимо этого Великобритания предоставила адмиралу А.В.Колчаку более 50 млн. фунтов стерлингов в качестве финансовой помощи.

Однако в связи с последовавшим осенью 1919 - зимой 1920 гг. разгромом колчаковской армии все это вооружение, боеприпасы и боевая техника так и не были поставлены в Россию. По свидетельству американского генерала Грэвса: «Колчак не продержался бы и месяца без помощи союзников».

В телеграмме от 1 декабря 1918 г. за №263 Председатель парижского Русского политического совещания Г.Е.Львов через русского посла в Вашингтоне Бахметьева сообщал Председателю Совета Министров омского правительства П. В. Вологодскому: «В счет имущества, полученного от ликвидации, выслано чехам 100.000 винтовок, 100 пулеметов, 22 полевых орудия, 4,5 млн. ружейных патронов, 150.000 башмаков, 611 кип подошвенной кожи. Высылаем вам 100.000 винтовок, 200.000 башмаков, железнодорожного снаряжения...» В США интенданты адмирала Колчака собирались закупить 1 млн. шинелей, 1.200 тыс. пар обуви, 1 млн. фуражек, 50 тыс. одеял и другое обмундирование и имущество. В 1919 г. правительство США передало армии адмирала Колчака 392.994 винтовки и 15.618 тыс. патронов. Кроме того, было послано 100 аэропланов, несколько бронеавтомобилей и танков, 400 грузовых и легковых автомобилей, паровозы, рельсы, сталь, железо, инструменты, большое количество санитарного имущества, медикаменты и много другого вооружения, снаряжения и оборудования. Поддержку частям атамана Семенова оказывала Япония, предоставлявшая ему финансовые средства, вооружение (винтовки, орудия) и боеприпасы.

В состав вооруженных сил адмирала Колчака входили также два особых формирования — Ижевская и Боткинская стрелковые дивизии, основу которых составляли рабочие Ижевского и Боткинского оружейных заводов, восставшие против большевиков в августе 1918г. Тогда же были организованы Народные армии Ижевска и Воткинска, включавшие 120 рот. В начале сентября 1918 г. обе армии были объединены под командованием полковника Д.И.Федичкина и стали именоваться армиями Прикамского края. Во второй половине ноября остатки восставших прорвались с боем за р. Каму, где соединились с частями Народной армии Комуча. 3 января 1919 г. адмирал Колчак приказал образовать из частей Ижевского района Ижевскую отдельную стрелковую бригаду (более 2 тыс. человек), которая была включена во 2-й Уфимский армейский корпус. В начале августа она была переформировна в Ижевскую стрелковую дивизию. Части Боткинского района были сведены в Сводную стрелковую дивизию Западной армии, которая затем переименована в 15-ю стрелковую дивизию, вошедшую в состав 8-го армейского Камского корпуса.

После поражения армий адмирала Колчака ижевцы и воткинцы в начале 1920 г. отошли в Забайкалье, где соединились с войсками генераллейтенанта Г.М.Семенова. Он прибыл в Забайкалье в качестве комиссара Временного правительства по формированию добровольческих частей из казаков и бурят. К апрелю 1918 г. в Маньчжурии, в полосе отчуждения КВЖД, им был сформирован Особый Маньчжурский отряд (ОМО) в составе Монголо-Бурятского конного полка, 2 полков монголов-харачен, 1-го Семеновского и 2-го Маньчжурского пеших полков, 2 офицерских и 2 сербских рот, 14 орудий, 4 бронепоездов и батальона японских добровольцев. К концу 1918 г. Семенов сформировал 5-й Приамурский отдельный и Туземный конный корпуса, отдельные казачьи части. Все они вошли в состав Отдельной Восточно-Сибирской армии. В мае 1919 г. адмирал Колчак приказал сформировать 6-й Восточно-Сибирский армейский корпус в составе Маньчжурской атамана Семенова, Забайкальской казачьей и Туземной конной (комплектуемой из бурят и хунхузов на добровольческих началах) дивизий.

В начале 1920 г. атаман Семенов создал из остатков армий адмирала Колчака и своих частей войска Российской Восточной окраины (Дальневосточная армия). Она включала три корпуса, которые в ноябре были вытеснены советскими войсками из Забакалья в южное Приморье.

Здесь войска генерала Семенова (до 30 тыс. человек) были в мае 1921 г. переименованы в «резерв милиции». С ноября они стали именоваться Белоповстанческой армией, которая насчитывала 6 тыс. штыков и сабель.

В июне 1922 г. в командование войсками и флотом Временного Приамурского правительства вступил генерал-лейтенант М.К.Дитерихс. В августе правительственные войска были переименованы в Приамурскую Земскую рать, а Дитерихс стал ее Воеводой. Она включала 4 рати (группы): Поволжскую, Сибирскую, Сибирскую казачью и Дальневосточную, три из которых раньше были 1-м казачьим, 2-м Сибирским стрелковым и 3-м стрелковым корпусами, 4-я Дальневосточная рать (группа) была сформирована из частей 1-го и 2-го корпусов. Всего к 1 сентября Земская рать насчитывала до 8 тыс. человек при 19 орудиях и 3 бронепоездах. После поражения в Приморье основная часть рати перешла китайскую границу, где была интернирована

В ходе Гражданской войны в России 1917-1922 гг. создание и организация антибольшевистских вооруженных сил зависели от уровня развития и экономических возможностей занимаемых ими территорий, уровня боевой подготовки проживавшего на этих территориях населения, государственного устройства того или иного региона, физико-географических условий местности, имевшихся в распоряжении средств вооруженной борьбы, системы комплектования войсковых частей и соединений.

Вооруженные силы белых в различных регионах страны в своем развитии проходили один и тот же путь. Первоначально они комплектовались на добровольческой основе, а затем пополнялись мобилизованными из числа военнообязанных и пленными красноармейцами. Формирование белых армий вначале осуществлялось без какого-либо плана, стихийно, в зависимости от наличия подходящих контингентов и вооружения. Однако уже к 1919 г. все они имели четкую организационную структуру, были сведены в корпуса и армии, а управление осуществляли штабы, укомплектованные офицерами со значительным боевым опытом.

Наиболее боеспособными из белогвардейских армий являлись Вооруженные силы на юге России. Однако их единство ослаблялось наличием существенных разногласий между генералом А.И.Деникиным, с одной стороны, и верхушкой донского и кубанского казачества — с другой, по вопросам государственного устройства, военному, земельному и национальному вопросам. Армия адмирала А.В. Колчака, несмотря на значительную численность, не отличалась высоким уровнем боеспособности, как вследствие массовых мобилизации крестьян и нехваткой опытных командирских кадров, так и неоднородности казачества. Белые войска на севере и северо-западе России имели сравнительно небольшую численность и, соответственно, также страдали нехваткой опытных командных кадров.

Командный состав вооруженных сил белых правительств в целом отличался весьма высоким уровнем профессиональной подготовки и имел опыт участия в первой мировой войне. Среди высшего комсостава преобладали генералы, получившие это воинское звание за боевые заслуги на полях сражений Гражданской войны. Исключением являлись главнокомандующие фронтами и армиями, некоторые ближайшие чины из их окружения, которые в разное время окончили Академию Генерального штаба и обладали достаточной практикой командования войсками.

Генерал-майор А.А.фон Лампе в своей работе «Причины неудачи вооруженного выступления белых» отмечал «В отношении военной подготовки, боевого опыта и технических знаний у руководителей армии — все преимущества были, конечно, на стороне белых. В этом отношении вождей можно было бы разделить на три группы: старые начальники Русской армии; начальники, выдвинутые из рядового офицерства и, наконец, начальники, выдвинутые волной революции и революционной борьбы.» К первой можно отнести генералов М.В.Алексеева, Л.Г. Корнилова, А.И.Деникина, А.М.Драгомирова, П.Н.Врангеля, П.Н.Краснова, А.М.Каледина, С.Л.Маркова, М.Г.Дроздовского, А.П.Богаевского, И.П. Романовского, А.С.Лукомского, Б.И.Казановича, В.З.Май-Маевского, И Г.Эрдели, Н.Н.Юденича, Е.К.Миллера, В.В.Марушевского, В.К. Сахарова, М.К.Дитерихса, В.О.Каппеля и других. Ко второй и третьей — генералов А.П.Кутепова, В.Л.Покровского, А.Г.Шкуро, С.Г.Улагая, В.И.Сидорина, С.М.Топоркова, А.В.Туркула, Н.В.Скоблина, В.К. Витковского, В.В.Манштейна, П.К.Писарева, Д.А.Лебедева и т.д.

В то же время у командного состава как высшего, так и среднего звена отсутствовало единство, шла непрерывная скрытая борьба между старым генералитетом бывшей Российской Императорской армии и «молодым», поднявшимся на гребне Гражданской войны. К тому же, как отмечал Штейфон, «о чинопочитании, этой серьезнейшей основе воинской дисциплины, можно говорить только с длительными и существенными оговорками. Чины в Добровольческой армии значения не имели. Доминировала должность. Поручики командовали батальонами, а штаб-офицеры и капитаны были в этих батальонах рядовыми». Такая картина наблюдалась и на востоке России, в войсках адмирала А.В.Колчака.

Сильными сторонами белых армий являлись высокая боевая выучка командного состава тактического звена, умелое использование кавалерийских и казачьих (на юге) и стрелковых (на востоке) соединений, высокая маневренность артиллерии (в том числе и бронепоездной), умелое взаимодействие на поле боя родов войск.

Достоинством являлись и более четкая, логичная и удобная в управлении, по сравнению с Красной армией, организованная структура соединений и частей, значительный процент офицеров в некоторых добровольческих формированиях (главным образом, на юге России), наличие на юге массовой, обученной конницы, значительное число различных добровольческих частей и подразделений, налаженная система снабжения со стороны союзников. Все это позволило белым армиям в течение довольно длительного времени вести активные боевые действия.

Для антибольшевистских вооруженных сил характерным являлось неприятие большевизма как идеологического и политического средства разрушения русской и национальной государственности и аппарата уничтожения всех несогласных с ним во всех отношениях людей.

К слабым сторонам армий противников советской власти можно отнести организационную громоздкость и сложность в управлении ими, отсутствие единого командования в масштабе всей России и единой системы военного строительства. Части формировались повсеместно и разновременно, в основном без определенного плана, хаотически, что затрудняло их сколачивание, укомплектование, вооружение и снабжение. Особенностями являлись неравномерность боевой выучки частей и соединений, сформированных из добровольцев и мобилизованных, неоднородность отдельных вооруженных формирований по политическому, социальному и классовому признакам, частичный отрыв командного состава от основного контингента (личного состава) армий, невысокая степень боеспособности соединений и частей, комплектовавшихся мобилизованными крестьянами и пленными красноармейцами. Тыл характеризовался невысокой мобилизационной готовностью и отсутствием подготовленных оперативных резервов. Интендантская и медицинская служба функционировали в целом неудовлетворительно, что не могло не сказываться на моральном духе войск на фронте. В тылу армии процветали спекуляция, мародерство, казнокрадство, протекционизм. Генерал Б.А.Штейфон свидетельствовал: «В то время, когда добровольческие части в бессменных, тяжелых боях истекали кровью, неустроенный, развращенный тыл наносил фронту более тяжелые удары, чем красный враг». Его мнение разделял и А.И.Деникин: «Армии преодолевали невероятные препятствия, геройски сражались, безропотно несли тягчайшие потери и освобождали шаг за шагом от власти Советов огромные территории. Это была лицевая сторона борьбы, ее героический эпос.

Армии понемногу погрязли в больших и малых грехах, набросивших густую тень на светлый лик освободительного движения. Это была оборотная сторона борьбы, ее трагедия. Некоторые явления разъедали душу армии и подтачивали ее мощь. На них я должен остановиться.

Войска были плохо обеспечены снабжением и деньгами. Отсюда — стихийное стремление к самоснабжению, к использованию военной добычи. Неприятельские склады, магазины, обозы, имущество красноармейцев разбирались беспорядочно, без системы. Армии скрывали запасы от центрального органа снабжении, корпуса — от армий, дивизии — от корпусов, полки — от дивизий. Тыл не мог подвезти фронту необходимого довольствия, и фронт должен был применять широко реквизиции в прифронтовой полосе — способ естественный и практикуемый всеми армиями всех времен, но требующий строжайшей регламентации и дисциплины.

Пределы удовлетворения жизненных потребностей армий, юридические нормы, определяющие понятие «военная добыча», законные приемы реквизиций,— все это раздвигалось, получало скользкие очертания, преломлялось в сознании военной массы, тронутой общенародными недугами. Все это извращалось в горниле гражданской войны, превосходящей во вражде и жестокости всякую войну международную.

Военная добыча стала для некоторых снизу — одним из двигателей, для других сверху — одним из демагогических способов привести в движение иногда инертную, колеблющуюся массу».

В войсках широкие корни пустил местнический сепаратизм (в основном в казачьих войсковых формированиях), что влияло на доставшиеся по наследству от бывшей Российской Императорской армии кастовость, коррупцию и интриганство. Неповиновение в оперативном звене управления было. обычным и повсеместным явлением. Постепенно в армиях белых правительств развивалось мародерство, сказавшееся на отношении местного населения к войскам. Идеологическая работа в антибольшевистских вооруженных силах практически не велась и это давало возможность большевистской агентуре разлагать части и соединения, особенно в период неудач на фронте. Все белые армии в силу своего окраинного положения снабжались за счет поставок иностранного вооружения и снаряжения, подчас не отличавшихся ни удовлетворительным качеством, ни достаточным количеством, ни своевременностью сроков поступления.

Несмотря на то, что военная помощь со стороны держав Антанты являлась немаловажным фактором в деле создания и организации вооруженных сил антибольшевистских правительств, лидеры белого движения неоднозначно относились к своим союзникам- Так генерал А.И.Деникин отмечал, что «с первых же дней русская политика держав Согласия приняла характер двойственный, неопределенный и побуждала меня к особливой осторожности. Во всяком случае никогда за все время моего правления и командования на Юге России я не давал державам Согласия ни письменно, ни устно никаких политических, территориальных и экономических обязательств за счет России. Во всех отношениях с их представителями я проводил тот взгляд, что помощь нам является их моральной обязанностью и вытекает из их же собственных интересов. Это обстоятельство должно быть учтено в тот день, когда новая Россия будет сводить старые счеты со своими кредиторами...»

Однако, несмотря на ряд недостатков, большинство вооруженных формирований российской контрреволюции существовало довольно продолжительное время, демонстрируя достаточно высокий уровень военного искусства.

 

Карта сайта

Как с нами связаться

полезные ссылки